Неточные совпадения
— Татьяна Марковна остановила его за руку: «Ты, говорит, дворянин, а не разбойник — у тебя есть шпага!» и развела их. Драться было нельзя, чтоб не огласить ее. Соперники дали друг другу слово:
граф —
молчать обо всем, а тот — не жениться… Вот отчего Татьяна Марковна осталась в девушках… Не подло ли распускать такую… гнусную клевету!
Однажды он слышал даже, как покойный прадед нынешних
графов, прославленный на вечные веки своими кровавыми подвигами, выехал, стуча копытами своего аргамака, на середину острова и неистово ругался: «
Молчите там, лайдаки, пся вяра!»
«А отчего же перемена в обращении со мной? — вдруг спрашивал он себя и снова бледнел. — Зачем она убегает меня,
молчит, будто стыдится? зачем вчера, в простой день, оделась так нарядно? гостей, кроме его, не было. Зачем спросила, скоро ли начнутся балеты?» Вопрос простой; но он вспомнил, что
граф вскользь обещал доставать всегда ложу, несмотря ни на какие трудности: следовательно, он будет с ними. «Зачем вчера ушла из саду? зачем не пришла в сад? зачем спрашивала то, зачем не спрашивала…»
Адуев не умел скрыть, что
граф не нравился ему.
Граф, казалось, не замечал его грубости: он был внимателен и обращался к Адуеву, стараясь сделать разговор общим. Все напрасно: тот
молчал или отвечал: да и нет.
Выслушав его рассказ,
граф издал только какой-то неопределенный звук, но
молчал.
— Рассказывайте, рассказывайте… — почти крикнул на нее
граф, — видите, она
молчит, а молчание знак согласия, — кивнул он в сторону Натальи Федоровны.
Граф Аракчеев, по-прежнему, не спуская взгляда с циферблата часов и не поворачивая головы к вошедшему, слегка приподнял руку и ткнул
молча пальцем в этот циферблат.
Граф одних обходил
молча, другим выражал свое одобрение, а некоторым делал строгие выговоры.
Молча выслушал
граф показания свидетелей и отпустил их.
Граф не выдержал и, наклонившись, поцеловал ее в голову. Несколько минут оба
молчали.
— Вы, вероятно, по делу о вытащенном из Волхова трупе полковницы Хвостовой? — спросил
граф, так как Наталья Федоровна
молчала, видимо, стараясь всеми силами побороть волнение.
Что же касается до
графа Мамелфина, то он был замечателен лишь тем, что происходил по прямой линии от боярыни Мамелфы Тимофеевны. Каким образом произошел на свет первый
граф Мамелфин — предания
молчали; в документах же объяснялось просто:"по сей причине". Этот же девиз значился и в гербе
графов Мамелфиных. Но сам по себе
граф, о котором идет речь, ничего самостоятельного не представлял, а был известен только в качестве приспешника и стремянного при
графе ТвэрдоонтС.
Растроганный
граф поклонился ей с глубоким почтением и
молча, но тепло поцеловал протянутую ему руку.
Она
молчала, лениво отвечала на все вопросы, насильно улыбалась остротам
графа и едва касалась дорогих кушаний…
Мы весело набросились на закуски. К съедобной роскоши, лежавшей перед нами на коврах, отнеслись безучастно только двое: Ольга и Наденька Калинина. Первая стояла в стороне и, облокотившись о задок шарабана, неподвижно и
молча глядела на ягдташ, сброшенный на землю
графом. В ягдташе ворочался подстреленный кулик. Ольга следила за движением несчастной птицы и словно ждала ее смерти.
Граф не умеет
молчать даже в тихий весенний вечер, когда человеческий голос менее всего приятен.
Затем, помню, я лежал на той же софе, ни о чем не думал и
молча отстранял рукой пристававшего с разговорами
графа… Был я в каком-то забытьи, полудремоте, чувствуя только яркий свет ламп и веселое, покойное настроение… Образ девушки в красном, склонившей головку на плечо, с глазами, полными ужаса перед эффектною смертью, постоял передо мной и тихо погрозил мне маленьким пальцем… Образ другой девушки, в черном платье и с бледным, гордым лицом, прошел мимо и поглядел на меня не то с мольбой, не то с укоризной.
Ольга мельком взглянула на меня,
молча ответила на мой поклон и, опираясь о руку
графа, вошла во флигель. Урбенин поднялся и пошел за ней.
Минуту он глядел на нас
молча, выпучив глаза, потом же, узнав, вероятно,
графа, ахнул и опрометью побежал в домик.
— Да, да, представь себе, женится! — заговорил
граф, мигая глазом на краснеющего Урбенина. — Каков? Ха-ха-ха! Молчал-молчал, да вдруг — на тебе! И знаешь, на ком он женится? Мы тогда вечером с тобой угадали! Мы, Петр Егорыч, тогда же еще порешили, что в вашем шалунишке-сердце творится что-то такое неладное. Как поглядел он на вас и Оленьку, «ну, говорит, втюрился малый!» Ха-ха! Садитесь с нами обедать, Петр Егорыч!
Изредка им попадались гуляющие; почти все ей кланялись — иные почтительно, другие даже подобострастно. Одному из них, весьма красивому, щегольски одетому брюнету она крикнула издали, с самым лучшим парижским акцентом: «Comte, vous savez, il ne faut pas venir me voir — ni aujourd'hui, ni demain» [»Знаете,
граф, ни сегодня, ни завтра ко мне нельзя приходить» (фр.).]. Тот снял
молча шляпу и отвесил низкий поклон.
Она долго пристально
молча смотрела на него, стоявшего, по ее желанию, в почтительном отдалении.
Граф принял это за колебание. Сердце его усиленно билось.
Князь Сергей Сергеевич и
граф Свиридов
молча шли по дорожке, в конце которой виднелась полянка, на которой высилось теперь темное здание беседки.
Граф задумался… Патер Вацлав некоторое время
молча глядел на него.
По странной иронии судьбы, она именно
графа мысленно наметила в свои мужья, но теперь, конечно, он не женится на бывшей «дворовой девке», на убийце. Так пусть же берет ее так, но…
молчит. А будет ли он
молчать?
Граф тоже встал. Они несколько мгновений
молча стояли друг против друга. Взгляды их черных глаз пересекались, как острия шпаг.
Княжна Людмила Васильевна села на кушетку и
молча указала
графу на место рядом с собой.
Граф сел.
Государыня снова некоторое время
молчала.
Граф стоял перед ней на коленях, не переменяя позы.
Несмотря на то что княжна Людмила Васильевна была предупреждена, как мы видели, своим сообщником Никитой относительно
графа Иосифа Яновича Свянторжецкого, несмотря на решение заставить его
молчать об его открытии ценою каких бы то ни было жертв, молодая девушка все же была далеко не спокойна в те долгие дни ожидании визита
графа, визита, с которым последний, видимо, умышленно медлил.
Отдав еще раз приказание Федосье не отходить от барышни, князь Сергей Сергеевич и
граф Свиридов уехали к себе. Они ехали обратно почти шагом. Князь был задумчив и
молчал.
Граф несколько времени
молчал. Яков глядел на него жадно-вопросительным взглядом.
Аббат Грубер
молча пристально посмотрел на сидевшего против него в кресле
графа.
Остальные гости
молчали и внимали с благоговением речам совершенно увлекшегося красотой Зинаиды Похвисневой
графа Кутайсова.
Исленьев и Арсеньев из субординации
молчали, но
граф Николай Александрович сказал с неудовольствием одному из свиты Суворова...
Несколько раз он прошелся
молча по кабинету.
Молчал и
граф Довудский.
— Затем и пришел к вам, батюшка-граф, ваше сиятельство, чтобы хоть одному живому человеку грех мой страшный исповедать. Наедине с самим-то собой, ох как жутко, двадцать пять лет
молчал, двадцать пять лет терпел, не вытерпел.
Федор Дмитриевич переломил себя и
молча последовал за
графом по устланной ковром и уставленной тропическими растениями лестнице.
Граф Владимир Петрович некоторое время
молчал, как бы что обдумывая, и, наконец, произнес...
Марья Осиповна
молча повиновалась. Ласковый голос императрицы, ласковый взгляд, доступность ее и простота положительно очаровали несчастную девушку, она почти совершенно успокоилась и толково стала отвечать на вопросы государыни. Она повторила ей все то, что два года тому назад рассказывала
графу Бестужеву-Рюмину, и искренность этого рассказа окончательно убедила императрицу в виновности Салтыковой.
Граф Купшин дрожал от чувства унижения и
молча исколотил своею тростью невинный пол.
Больше этого
графу уже никто не мог сказать приятного: он таял от слов княгини, и в то время, когда она сидела пред ним и
молча думала: как ей быть с своими детьми, чтоб они, выросши, умели не только эполетами трясти и визиты делать, а могли бы и к ставцу лицом сесть,
граф был уверен, что княгиня проводит мысленную параллель между им и теми, которые юродствовали да рассказывали друг про друга шутовские вести.
Каждый раз, как княгиня додумывалась до этой мысли, она погружалась в такую сосредоточенность, что
граф не раз вставал и, не прерывая этих мечтаний,
молча подходил к руке княгини и уезжал.
Граф, бледный,
молча смотрел на него.
Наполнились кубки, и все общество пило здоровье принцессы Елизаветы. Начались маневры, все вьштли на палубу, подле принцессы стояли в почтительном отдалении
граф Орлов, Грейг, Христенек и дамы. Елизавета стояла у самого борта и с увлечением смотрела на маневры. Долго смотрела она и
молчала…
Консул, быть может, видал ее где-нибудь в Лондоне и, вероятно, вопросом своим хотел навести ее на этот предмет, но ловкая женщина искусно повела речь о другом, и разговор ее с сэром Джоном перешел к посторонним предметам. За обедом, к которому были приглашены Доманский, Чарномский и Христенек, как
граф Орлов, так и английский консул обходились с принцессой чрезвычайно почтительно. Грейг больше
молчал. Принцесса была весела, разговорчива, любезна.
Бегушев и
граф Хвостиков, ехавшие что есть духу домой, всю дорогу
молчали. В зале их встретил доктор.
Граф пожал плечами и, делать нечего, покорился
молча своей участи. Кроме всех этих оскорбительных в нравственном смысле сюрпризов, он чувствовал довольно сильную физическую боль в левой щеке от удара Янсутского и поламыванье в плечах от толчков, которыми будто бы нечаянно при выпроваживании наградили его трактирные служители.
Деспотом
граф также не мог быть по той простой причине, что дома
молчал столько же, сколько в свете.
Что было делать Клеопатре Николаевне?.. Прибегнуть к
графу — казалось ей единственным средством. С этим намерением она, взявши письмо, вошла в гостиную и
молча бросилась в отчаянии на диван; горесть ее на этот раз была неподдельная.
Анна Павловна все так же жила у Эльчанинова;
граф приглашал их к себе и сам к ним ездил; Мановский
молчал и бывал только у Клеопатры Николаевны, к которой поэтому все и адресовались с вопросами, но вдова говорила, что она не знает ничего.